17:01 / 30 января 2017

Отрасль будет развиваться

tmn_2016_3_img_1340_0

tmn лично задал несколько вопросов президенту «ЛУКОЙЛа» Вагиту Алекперову.

tmn: Вагит Юсуфович, вам удалось пообщаться со студентами. Есть мнение, что им повезло меньше, чем первооткрывателям: не будет, наверное, нового Самотлора, не будет новых городов. Вы согласны? Или начинающих специалистов ждет не менее интересная жизнь?

Вагит Алекперов: Я уверен, что наша отрасль будет развиваться. Просто потому, что человечеству необходима энергия. Сейчас не самый лучший период, но в скором времени он закончится. «ЛУКОЙЛ» активно инвестирует и в ветряную энергию, и в солнечную – это наши европейские проекты, но, как я говорил на лекции, значительного влияния на потребление нефти в ближайшие годы они не окажут. Когда я оканчивал университет в середине 70-х годов, говорили, что нефти остается на 20 лет. Моему сыну, который недавно окончил вуз, говорят то же самое. Технологии меняются на наших глазах, для их освоения и применения требуется такой огромный опыт и знания, что одной жизни точно будет мало.
 

Тенденция сокращения добычи на старых месторождениях Западной Сибири ставит под угрозу существование многих моногородов ХМАО–Югры? Что компания делает для сохранения рабочих мест и уровня дохода жителей?

Благодаря инвестициям «ЛУКОЙЛ» в год создает полторы-две тысячи рабочих мест. Компания присутствует в семи моногородах, все они стабильно развиваются.

В Нарьян-Маре и Когалыме за несколько последних лет мы открыли современные детские сады. В городах Западной Сибири наши объекты требуют дополнительных кадров. Мы приветствуем ротацию кадров внутри компании. И продолжаем привлекать людей из других регионов, потому что местных не хватает.

Конечно, мы понимаем, что наше влияние на формирование бюджетов огромно. В то же время «ЛУКОЙЛ» – коммерческая структура, главная цель которой – производить качественный продукт, продавать его и зарабатывать деньги. Мы платим налоги, перераспределением которых занимается государство. Оно же отвечает за уровень жизни населения и социальную стабильность.

Когда я оканчивал университет в середине 70-х годов, говорили, что нефти остается на 20 лет. Моему сыну, который недавно окончил вуз, говорят то же самое. Технологии меняются на наших глазах, для их освоения и применения требуется такой огромный опыт и знания, что одной жизни точно будет мало

«ЛУКОЙЛ» является в России первопроходцем некоторых технологий. Вы осваиваете шельф Каспийского моря, поставили там несколько рекордов, используете дорогостоящие методы повышения коэффициента извлечения нефти. Вам вообще это выгодно?

С одной стороны, как недропользователи мы несем ответственность перед государством в части обеспечения необходимых объемов добычи и темпов ее роста. А с другой стороны – отчитываемся перед своими акционерами о сохранении нормы рентабельности. К сожалению, многие проекты по применению третичных методов добычи пока экономически неэффективны.

Вы знаете, государство пытается стимулировать интерес к разработке сланцев, открыты полигоны в Югре, в Томской области, но о результатах, на мой взгляд, говорить пока рано. Надеюсь, в скором времени будут созданы предпосылки для сохранения добычи нефти в России на уровне более 10 млн баррелей в сутки.
 

Делает ли «ЛУКОЙЛ» более эффективным то, что компания – частная?

«ЛУКОЙЛ» – национальная компания, и действует она в национальных интересах. Если говорить об эффективности, то, на мой взгляд, на начальном этапе формирования отрасли государственное управление было более предпочтительным вариантом, сегодня необходима приватизация. И мы видим, что определенные шаги в этом направлении делаются. Интерес «ЛУКОЙЛа» здесь понятен: мы занимаемся операционной деятельностью, а не просто скупкой активов, готовы рассматривать предложения, которые не подорвут нашу финансовую стабильность. При этом условия и механизмы сделок должны быть максимально прозрачными.
 

Нефтяная отрасль двигает вперед и ряд смежных сфер: машиностроение, металлообработку и так далее. Как «ЛУКОЙЛ» развивается в производстве и используете ли вы плоды индустриальной революции, которая вершится на юге Тюменской области?

Могу сказать, что более 90% используемого нами оборудования – отечественное, безусловно, часть его поставляется тюменскими заводами, с которыми у нас налажены давние взаимовыгодные связи. Санкции коснулись в первую очередь сектора телемеханики и автоматики, в остальном мы давно уже ориентируемся на местных производителей.

Что касается новых предприятий, то в этом году компания запустила в Когалыме завод по производству вентильных двигателей мощностью 5 тысяч единиц в год. В отличие от старых асинхронных двигателей эти агрегаты более мощные и компактные. Планируем установить их на все свои скважины. Создано 500 рабочих мест, открыт учебный центр – к вопросу о перспективах северных городов.

В Тюмени продолжается наше сотрудничество с индустриальным университетом при большой поддержке губернатора Владимира Якушева. По подписанному соглашению «ЛУКОЙЛ» примет участие в переоснащении нескольких общежитий вуза, чтобы создать там современную образовательную инфраструктуру.
 

Я уверен, что наша отрасль будет развиваться. Просто потому, что человечеству необходима энергия. Сейчас не самый лучший период, но в скором времени он закончится

Однажды вы сказали, что наиболее счастливы были в Западной Сибири. Можете рассказать, что именно вас делало здесь счастливым?

Я сибирский нефтяник. Сургут, Лянтор, Ноябрьск, Когалым – каждый город открывал новые грани профессии, сводил с интереснейшими личностями. Благодаря этому уникальному опыту я и полюбил свою работу. Самостоятельная жизнь научила брать на себя ответственность и ладить с людьми.
 

Принципы жизни Вагита Алекперова


ѕодписание соглашени€ между ќјќ "Ћ” ќ…Ћ" и ќјќ "Ѕашнефть" в ћоскве

«ЛУКОЙЛ» — национальная энергетическая компания Российской Федерации и преследует национальные интересы родной страны.
 
Традиция компании — со всеми регионами иметь понятные правила отношений.
 
Я не торгую нефтью. Торгуют мои подчиненные. Мне комфортнее на промыслах. У меня там душа радуется.
 
Мы нашли возможность рискнуть, вложили в Северный Каспий 500 млн долларов и открыли новую провинцию для нашей страны. Для меня это был самый знаменательный день. Такой в профессиональной жизни нефтяника бывает раз в жизни.
 
Я с самого начала говорил, что санкции окажут влияние на деятельность нефтяных и газовых компаний на территории России. Любые ограничения сказываются негативно. Снижаются инвестиционные рейтинги, сокращается доступ к рынку капитала, к технологиям. Хотя мы понимаем действия наших коллег. Мы тоже в свое время вышли из Ирана из-за санкций.
 
Лучшие инвестиции — акции «ЛУКОЙЛа». Мы платим достойные дивиденды два раза в год, приблизились к нашим западным коллегам по всем стандартам. Считаю, что это хорошие вложения, которые оправдаются. Крупных независимых активов в России фактически не осталось.
 
Наше счастье, что страна богата нефтью и газом. Это та основа, которая помогает решать любые задачи.
 
Наш товар не нужно презентовать, выставлять на полки. Он имеет международное качество.
 
В моей области меня хорошо знают. Этого мне вполне хватает. Ничего другого мне не нужно. Я не актер, чтобы выходить на сцену, учить людей, как им жить и что делать, и развлекать их. У меня другая специальность.
 
Приоритет для нас — Россия при наличии объектов для инвестиций. Здесь у нас созданы огромные коллективы. Одни из самых лучших геологических служб. Но в то же время мы не будем упускать из внимания эффективные проекты за ее пределами. В Мексике, прежде всего.
 
От сумы и от тюрьмы никто не застрахован. Мы занимаемся многоотраслевым бизнесом, который имеет свои риски — политические, финансовые, юридические. Мы не застрахованы ни от чего. Но моя главная черта — я никогда не нарушаю закон и договоренности.
 
Какую черту в себе не люблю? Мягкость, наверное.
 
Зарабатывать такие деньги стоит ради независимости и возможности заниматься любимым делом.
 
На российском рынке конкуренция возрастает. Считаю, что какой-то период я еще должен работать — и активно работать! В среднесрочной перспективе я должен оставаться оперативным руководителем «ЛУКОЙЛа».
 
Нам нужна четкая налоговая политика государства и четкое законодательство.
 
Нефть — это всегда политика.
 
Шельф требует вложения огромных средств, которые в одиночку ни одна компания не осилит.
 
Если в какой-то период требуется помочь государству, надо помочь.


*источник: журнал tmn №30 (октябрь–ноябрь 2016)



Текст: Дмитрий Зайцев
Фото: ИТАР-ТАСС, Денис Лыткин

Loading...