13:04 / 22 апреля 2013

Интервью с директорами завода «Тюменьстальмост имени Тюменско­го Комсомола»: Рецепты идеальных мостов

56851f

В то, что в Тюмени можно построить завод, который будет эффективнее многих европейских и азиатских конкурентов, не верил, похоже, никто. Однако совместные усилия и амбиции первых лиц все же совершили столь долгожданное чудо.

Вназначенное вре­мя мы встречаем­ся с генеральным директором завода «Тюменьстальмост имени Тюменско­го Комсомола» Станиславом Кушнаренко (в про­шлом – заместитель губернатора ЯНАО) в его кабинете, чтобы об­судить удобное место для беседы. Через минуту должен подойти тот, кого на предприятии рабочие назы­вают не иначе как батя, – 70-летний исполнительный директор Григорий Бондаренко. Во всей стране его зна­ют как производственника от Бога.

«Вы не будете против, если мы поговорим с вами прямо в цехе?»–интересуюсь я.

«Мы – нет, но ведь там негде си­деть. Хотя можно что-нибудь при­думать», –смеется Кушнаренко. Шутку подхватывает вошедший Бондаренко: «Когда я хочу отдохнуть, я всегда иду в какой-нибудь цех. Так что я не против».

По дороге туда они оживлен­но обсуждают дела, попутно вспоминая какие-то истории из советского прошлого. В произ­водственном цехе мостовых кон­струкций под номером 10 грохо­тали сварочные станки и с разных концов доносился визг шлифо­вальной машинки.

«Это вас не смутит? Все-таки шумно…», – на всякий случай уточняю я. Они оба со смехом при­знаются, что в такой атмосфере, прямо в цехе, сидя на металли­ческой балке, дают интервью в первый раз в жизни, и добавляют: «Тем интереснее». В процессе раз­говора я убеждаюсь в правильно­сти решения беседовать с двумя руководителями сразу: именно их согласованность привела к тому, что Тюменьстальмост признан са­мым эффективным производством в России среди себе подобных…

Валерий Гут: Григорий Григорьевич, на протяжении двух десятков лет вы работали на легендарном заводе ме­таллоконструкций имени И.В. Бабуш­кина в Днепропетровске. Как сложи­лось так, что оказались в Тюмени?

Григорий Бондаренко: Я родился в Запорожской области, там и ин­ститут окончил. В 1972 году по зову сердца уехал в Улан-Удэ, на завод мостовых конструкций, который специально был основан под стро­ительство Байкало-Амурской маги­страли (БАМа), где проработал до 1986 года: последние шесть лет – в должности главного инженера. Но по семейным обстоятельствам при­шлось вернуться в Украину.

И там 21 год проработал дирек­тором «Днепропетровского за­вода металлоконструкций имени И.В. Бабушкина». В 65 лет вышел на заслуженную пенсию. Отдохнул два с половиной года, а потом при­летели учредители завода и сказа­ли: «Хватит тебе отдыхать – пора дальше работать!» Так по приглаше­нию собственников в июне 2011-гоя был назначен исполнительным директором Тюменьстальмоста.

Станислав Кушнаренко: (Улы­бается.) Это неправда! Ему некуда было очень большую украинскую пенсию девать, вот он и решил инвестировать ее в Тюменьсталь­мост! (Оба громко смеются.)

Кстати, чем прославился Бабушкин­ский завод?

Григорий Бондаренко: Он был самым большим в Советском Сою­зе. Проектная мощность – 110 ты­сяч тонн металлоконструкций в год. На деле доходило до 125 ты­сяч! Еще только Челябинский завод металлоконструкций мог сравниться с этим гигантом. Глав­ная причина такого успеха – от­личный, сплоченный коллектив, инженерно-технические работни­ки с огромным стажем в 30–40 лет. Работали целыми династиями – от дедов до внуков. И семейственно­стью этой очень гордились.

Станислав Григорьевич, помогает ли вам опыт работы в госструктурах управлять крупным бизнесом?

Станислав Кушнаренко: Конеч­но. Это дополняющие друг друга направления деятельности. Гос­служба очень расширяет кругозор, обеспечивает опыт взаимодей­ствия, в том числе и с трудовыми коллективами. В условиях новой России я работал в системе адми­нистрации ЯНАО: был полномоч­ным представителем губернато­ра по работе с Газпромом, потом возглавлял госпредприятия. Как замгубернатора я занимался кон­кретными делами. В моем ведении было строительство, архитектура, содержание дорог и их строитель­ство, все виды транспорта, ЖКХ, энергетика. Обеспечивал реализа­цию программы развития ЯНАО через сотрудничество государства с коммерческими структурами. Было не до политики!

Вот и сейчас у меня лежит предложение Общероссийского народного фронта пройти прай­мериз на участие в выборах де­путатов Тюменской городской думы. Но мне это не нужно: я себя не вижу в этой среде и не пред­ставляю, чем бы я мог быть поле­зен на этом поприще. Сейчас нет никакого желания возвращаться на государственную службу – я вполне комфортно себя чувствую на производстве.

После того как вы возглавили Тюмень­стальмост, завод добился рекордных по­казателей – свыше 33 тысяч тонн го­товых конструкций. Что вы тут такого сделали?

Григорий Бондаренко: (Широко улыбается.) Первое: учредители подобрали хороших руководи­телей. (Выдерживает паузу и весело моргает в сторону Станислава Куш­наренко.) И второе: у нас техниче­ски очень грамотный инженерный состав с огромным потенциалом. И главный инженер, и главный конструктор, и главный техно­лог – это молодые люди. Может, в какой-то мере у них не хватает опыта, но зато есть огромное же­лание трудиться, а их высокая от­ветственность просто поражает.

Мосты очень похожи на людей: им ведь даже паспорт выдается на 80 лет – срок службы

И конечно, золотой фонд завода – рабочий класс!

Нам ставят планы и сроки– мы их выполняем. В 2013 году по­ставили планку – 40 тысяч тонн продукции в год. Мостовые и строительные конструкции для страны – это и освоение Севе­ра, и развитие инфраструктуры Москвы и Московской области, Санкт-Петербурга, Волгограда, других городов.

Станислав Кушнаренко: Не­давно у нас побывал со своими помощниками генеральный ди­ректор одной московской ком­пании – у него, кстати, тоже тридцатилетний опыт работы на подобных производствах – и сказал, что такой завод мосто­строительной промышленно­сти, такую оснащенность и та­кой трудовой ритм, как здесь, он видит впервые! Нам было при­ятно.

Мы оказались среди таких мон­стров, как Воронежстальмост, Улан-Удэстальмост, Кургансталь­мост, тот же Челябинский завод металлоконструкций, выпускаю­щий и мостовые конструкции, и группа Ижорских заводов в Санкт-Петербурге. Но по нахождению в одном месте такого оборудования и такой оснащенности наш за­вод в России единственный! А по оценке гиганта мостостроения в России –«Мостотреста» – мы яв­ляемся наиболее перспективной организацией отрасли на терри­тории России.

Российским заводам действительно можно на вас равняться?

Григорий Бондаренко: В прин­ципе да! Наша молодежь, может, не так работает, как маститые тру­женики, которые только посмо­трят на вышедший из строя станок и в ту же минуту знают, что надо делать дальше. Но! У молодых есть большое стремление и, главное, возможность совершенствоваться не «на коленке», а по новым техно­логиям, при помощи технологов и конструкторов на современных машинах и оборудовании – из Гер­мании, Италии и Австрии – миро­вых лидеров в металлообработке.

Станислав Кушнаренко: (Улыба­ется.) Недавно у нас была делега­ция комитета по социальной поли­тике Тюменской областной думы. Ко мне походит один человек и говорит: «Все вроде хорошо, но вот у вас запах краски в малярном цехе…» А я отвечаю: «А вы разве в «Тараскуль» приехали?» (Смеется.) Есть, конечно, к чему стремиться, но нужно понимать и специфику. Мы дали области полторы тысячи рабочих мест.

Что касается эффективности производства, то поначалу стави­ли норму 8–9 тонн выработки ме­таллоконструкций на человека за 45 дней. Но с приходом бригад, ко­торые сформировал Григорий Гри­горьевич, появилась состязатель­ность. Теперь этот объем –16 тонн на человека! Он же еще говорит: «Семнадцать с половиной– и ни килограммом меньше!» В Германии и Японии, у лидеров отрасли, этот показатель – 14 тонн на одного ра­бочего в месяц. Есть кого догонять.

Почему была сделана ставка на мо­лодежь?

Станислав Кушнаренко: За 20 лет после развала СССР, к сожалению, опытных специалистов остались единицы. Основатель завода Алек­сандр Забарский достоин высших наград страны только за то, что деньги потратил не на куплю-про­дажу, а на строительство производ­ства. Во-первых, создал рабочие места, а во-вторых, организовал один из самых производительных заводов мостовых конструкций в Российской Федерации.

Производство надо любить, надо понимать, знать его и видеть в пер­вую очередь людей, а не деньги. Мы вахтовые смены наших работников обеспечиваем трехразовым пита­нием, на работу и с работы достав­ляем; зарплата по заводу в среднем в два раза повысилась (средняя сегодня 37 тысяч рублей). Кон­структоров и технологов, и даже рабочих, мы перевели на сдельную оплату, и это оплата весьма до­стойная. Они не просто получают деньги, а зарабатывают их. Сейчас появляется все больше молодых, которые хотят трудиться, которые принимают установленные нами правила игры. Нам это выгодно: создается работоспособный кол­лектив, которому по плечу любые поставленные задачи. Мы уверены в таком персонале.

Григорий Бондаренко: Если че­ловек хочет, старается, если болеет душой за производство, за родной завод – пожалуйста, получай боль­ше. У нас нередки случаи, когда рабочие могут получать в два раза и даже больше, чем в предыдущие месяцы, только потому, что значи­тельно перевыполнили план. Такая система существует не на многих заводах страны, уж поверьте.

Признаюсь вам, требователь­ность мы повышаем регулярно: если раньше главным был объем производства и платили сдель­но, то сейчас применяем сдель­но-премиальную систему оплаты труда. Принимается во внимание качество продукции: приемка ее ОТК и мостовой инспекцией. Для этого мы совершаем множество расчетов, чтобы все могли на бу­маге узнать, кому и как будет на­числено.

А за нарушение техники безо­пасности наказываем очень жест­ко. Я еще помню ленинские слова о том, что ни один показатель не стоит капли крови человека.

В 65 лет я вышел на пенсию. Но через 2,5 года ко мне в Днепропетровск прилетели учредители завода и сказали: «Хватит тебе отдыхать – пора дальше работать!» так я оказался в Тюменьстальмосте

Григорий Григорьевич, слышал, что коллектив относится к вам с очень большим уважением и даже называет между собой не иначе как батя. Как вам удается так располагать людей к себе? Есть какой-то секрет?

Григорий Бондаренко: Я при­держиваюсь принципа: высокая требовательность к себе, а потом и к другим. Нужно быть примером. Пообещал – обязан сделать. И кол­лег по работе учу, что они должны быть строги с людьми, но справед­ливы. А второе: будь проще – и люди к тебе потянутся! Когда чело­веку говоришь, что нужно что-то сделать сегодня и не иначе, и оста­ешься с ним до последней минуты его работы, он понимает: раз это так важно руководству, я это сде­лаю правильно, в срок и не подведу.

Над какими заказами работаете в настоящее время?

Станислав Кушнаренко: Толь­ко закончили и отгрузили мосто­вые конструкции, которые уста­новят под Волгоградом. Сейчас работаем над проектом для за­падного скоростного диаметра Санкт-Петербурга: первую партию в 500 тонн уже отгрузили, а с апре­ля эта цифра увеличится до 800–1000 тонн. Продолжаем изготавли­вать конструкции для Надымского совмещенного моста, с апреля при­ступаем к заказу мостовых кон­струкций для Астаны– 4000 тонн.

Но в приоритете – однозначно Тю­мень! Наши основные заказчики – Мостострой-12 и Мостострой-11. В ближайшее время состоится кон­курс по определению подрядчиков на строительство трех новых мостов через Туру. Кто бы ни стал победи­телем, изготавливать конструкции, скорее всего, будем мы!

Для моста по улице Монтажников в Тю­мени тоже вы изготавливаете конструк­ции. Как собираетесь поступать с этим объектом: так же опережать сроки?

Григорий Бондаренко: В обя­зательном порядке. У нас из­готовлено 2,5 тысячи мостовых конструкций, которые находятся на заводском складе. По планам строительство должно быть завер­шено за четыре года и восемь меся­цев. Городские власти попросили сдать эту развязку в эксплуатацию в течение двух лет. Если Мосто­строй-12 будет наращивать темп работы, завод своевременно обе­спечит его конструкциями.

Станислав Кушнаренко: Стоит добавить, что мы идем в нормаль­ном графике по изготовлению ме­таллоконструкций и для дорожной развязки на улице Мельникайте. В середине мая полностью закон­чим поставку – это даст возмож­ность Мостострою-11 к концу года сдать ее в эксплуатацию.

В одном из ваших интервью я встре­чал тот факт, что вы вернули к жизни идею рацпредложений, когда рабочие опускают в специальный ящик бумаж­ки со своими пожеланиями и предложе­ниями. Помогает?

Григорий Бондаренко: Каждый рабочий имеет право внести раци­онализаторское предложение. Мы их поощряем деньгами (в приказе формулировка «за инициативу»), тем самым стимулируем людей по­стоянно думать. А если эти идеи могут принести и вполне реальный экономический эффект, улучшить качество продукции, организацию труда–люди получают ощутимое материальное вознаграждение, при­чем происходит это в течение двух-трех дней после поступления тако­го предложения. Самое интересное предложение: перенести Курган­стальмост в Тюмень! (Смеется.)

Станислав Кушнаренко: Сегодня даже те, кто только устраивается на завод, знают наше отношение к лю­дям и уже не спрашивают: «Сколько я буду получать?», а интересуют­ся: «Сколько я буду зарабатывать?»

В 2010 году выручка едва дотягивала до 810 млн рублей, сегодня доросла уже до 3 млрд рублей

Два инженера на одинаковых долж­ностях могут иметь разницу в зар­плате в полтора-два раза.

Поэтому Григорий Григорьевич встречает и провожает бригады, смотрит, кто как загружен, проверя­ет, что рабочему в сухой паек поло­жили, спрашивает у него, доволен ли он жизнью? Без этого не бывает нормального, хорошего коллекти­ва, построенного на взаимном до­верии. Да и благосостояние сотруд­ников растет: три года тому назад всего полтора десятка людей при­езжали на работу на своих машинах. Сейчас посмотрите: на смену приез­жают сотни полторы рабочих заво­да на личных автомобилях. Мы этим фактом очень гордимся.

Как еще стимулируете работников?

Григорий Бондаренко: В про­шлом году учредители купили 20 квартир – мы их дали рабочим.

В этом приобрели еще 30; вклю­чили и ИТР. Это беспроцентный кредит на 20 лет, причем, если не будет просрочек, платежи послед­них пяти лет учредители берут на себя и оформляют работнику жи­лье в собственность. Нет никаких ограничений: хочешь трехкомнат­ную – бери ее. В этом году начнут строительство жилья в поселке Винзили, и мы планируем поку­пать квартиры уже тут. Люди смо­гут вообще пешком на завод доби­раться, а нам очень важно, чтобы работникам было комфортно.

Поэтому, когда говорим о це­лостной социальной программе, нельзя ориентироваться только на что-то одно. Например, пере­подготовка кадров, учеба – это не самоцель вырастить только своих. Захочет человек с Украины остать­ся, получить российское граждан­ство – мы обеспечим ему все ус­ловия. Это все помогает создавать единый коллектив.

Кто бы ни стал победителем на подряд по строительству трех мостов через туру, изготавливать конструкции, скорее всего, будем мы!

А как учите своих будущих специ­алистов?

Григорий Бондаренко: При за­воде начало функционировать профтехучилище, люди уже про­ходят практику. Училище пред­назначено для подготовки работ­ников по нужным заводу и всему холдингу специальностям. Напри­мер, и в Мостострой-12 тоже будут направляться специалисты, под­готовленные в этом училище.

Станислав Кушнаренко: Это уникальный проект, который стал возможен благодаря поддержке Правительства Тюменской обла­сти и администрации Тюменско­го района. Только на оснащение учебного заведения было выделе­но 89 млн рублей из областного бюджета, не считая материальных ресурсов, переданных муниципа­литетом. В течение пяти лет наше предприятие сможет полностью перейти на собственные кадры.

Вы открылись здесь в кризисные годы. Как переживали этот период?

Станислав Кушнаренко: В пери­од кризиса перед заводом стояло несколько вариантов дальнейше­го развития. У людей тогда была какая-то озлобленность. Но это понятно: человек идет домой, он расстроен – нет зарплаты, при­зрачные перспективы у самого за­вода.

А потом пошли заказы: легко­атлетический манеж в Тюмени потребовал 807 тонн металлокон­струкций. Следом пришла заявка на изготовление эстакад Уренгой­ского газохимического комплекса. Завод «Стеклотех» также получил эстакады тюменского производ­ства. Кара, Дема, Сура – немало се­верных рек обрели ожерелья в виде тюменских мостов. Это заслуга и учредителей, и конечно, работни­ков. Помог с заказами еще торговый дом Тюменьстальмоста в Москве.

Сейчас нет никакого желания возвращаться на государственную службу – я вполне комфортно себя чувствую на производстве

Весной 2010 года из этих цехов выходило не более 600 тонн из­делий в месяц, сегодня – более 3000 тонн. Выручка едва дотягива­ла до 810 млн рублей, сегодня до­росла до 3 млрд рублей. Около 50% продукции поступает на объекты ООО «Мостострой-12», остальное уходит сторонним заказчикам.

Откроем небольшой секрет: из­начально предприятие создава­лось как вспомогательное подраз­деление ЗАО «Курганстальмост», занимавшего лидирующие пози­ции в регионе. Но прошло время, тюменский новичок встал на ноги, стал самостоятельным и составил мощную конкуренцию курганско­му ветерану.

Григорий Бондаренко: Мы, как и другие заводы, работаем в ус­ловиях рынка. Выбирать заказы, хорошие или плохие, нам не при­ходилось. Другое дело, что в ряде случаев заказчики приоритет от­дают Тюменьстальмосту, видя в нем очень надежного партнера: мы выполняем все вовремя и сдер­живаем обещания. В срок и каче­ственно – так мы работаем. Много раз бывало, что мы и досрочно сда­вали заказы. Например, в Казань мы поставляли около 7 тысяч тонн мостоконструкций для дорожной развязки: на полгода раньше вы­полнили заказ. Это позволило нашим монтажникам, «Мосто­строю-12», досрочно сдать этот объект.

Какие реализованные проекты вы можете назвать имиджевыми для за­вода, его своеобразной визитной кар­точкой?

Станислав Кушнаренко: Не бы­вает нелюбимых детей. Коллектив всеми конструкциями, которые изготовили на заводе, а потом со­бирались разными компаниями по всей стране, будь то Сочи, Казань, Надым или родная Тюмень, гор­дится в одинаковой мере.

Григорий Бондаренко: Около 9000 тонн металлоконструкций отправились в Ашхабад для стро­ительства путепровода. В Казани в рамках подготовки к универси­аде президент Республики Татар­стан Рустам Минниханов тор­жественно открыл грандиозную транспортную развязку в центре столицы, вобравшую 7500 тонн тюменских металлоконструкций и 18 000 тонн сборного железобе­тона (также объект ООО «Мосто­строй-12»).

Наша география расширилась и до Сочи: заводу довелось принять участие в строительстве олимпий­ских объектов –объем поставок для двух транспортных развязок в Адлере составил около 4000 тонн. Теперь благодаря инженерным конструкциям, созданным в цехах нашего предприятия, добираться из Большого Сочи до спортивных сооружений Красной Поляны ста­нет удобнее и быстрее.

Станислав Григорьевич, у меня к вам вопрос. Очень часто говорят, что люди, которые долго жили на Севере, отличаются от других жителей стра­ны. Вы прожили там 37 лет. Как Север воспитывает людей?

Станислав Кушнаренко: Север воспитывает тех, кто хочет рабо­тать. Там так: если ты не работаешь, тебе там делать нечего! Север таких отторгает. Он ничего не формиру­ет, он просто фильтрует, отбирает тех людей, которые хотят рабо­тать! Причем необходимых Северу специальностей. Почему-то там за десятилетия так сформировалось, что буровики – это Краснодарский край, Башкирия и Татария; если строители – это Украина, Бела­русь; если водители, механизато­ры – подавляющее большинство из Донецкой области. На юге, вклю­чая Тюменскую область, этого не происходит. Здесь больше возмож­ностей для иждивенчества, можно где-то что-то украсть, особо не на­прягаясь существовать.

Я почему спросил: мне любопытно, вы этот «северный принцип» на заводе применяете?

Станислав Кушнаренко: Пра­вильно Григорий Григорьевич сказал: мы создаем условия. Если человек хочет работать, он име­ет возможность зарабатывать столько, сколько желает. У нас по принципу удочки: сколько пой­маешь – все твое. Но при этом и требовательность к ответствен­ности, в том числе и личной, вы­сокая.

Было ли какое-то событие, которое повлияло на то, что вы пошли в мосто­строение?

Григорий Бондаренко: Время повлияло. Мосты похожи на лю­дей: им ведь даже выдается па­спорт на 80 лет – срок службы. Так что пока мост «живет», у него, как и у нас, есть паспорт. Приятно детям, внукам – у меня их четве­ро – показывать и говорить: «Это построили при моем участии!»

Станислав Кушнаренко: С мо­стами меня раньше связывало лишь то, что я был заказчиком их строительства. Заказывал про­ектно-сметную документацию, проводил экспертизу, опреде­лял генерального подрядчика – и мне был важен только конеч­ный результат.

Всю жизнь проработал на Севе­ре Тюменской области, в Ямало-Ненецком автономном округе, но видимо, подошел предел: и по возрасту, и по жизни на Севере. Перебрался в Тюмень, она мне очень понравилась. Понравил­ся и этот завод: мне импониру­ет жизненная позиция и подход к бизнесу нашего главного ак­ционера. Мы с ним сидели, раз­говаривали, как сейчас с тобой. И когда он предложил возгла­вить Тюменьстальмост, я ни се­кунды не сомневался и сразу ска­зал да.

Григорий Бондаренко: Мне здесь тоже очень нравится. Хороший за­вод, прекрасные люди. Кстати, я заметил, что в теплый период года озеленение и оформление Тю­мени даже красивее, чем во многих западных городах.

  Текст:Валерий Гут

Фото: Владимир Семенов

Loading...