17:04 / 11 апреля 2013

Алексей Булаев, заместитель губернатора ЯНАО: Курс на Ямал

f1e17f

Журнал «Тюмень» выступил партнером II Международного снегоходного марафона «Ямалкан», крупнейшего в России. В рамках этого события нас пригласил в Салехард Алексей Булаев – координатор проекта, заместитель губернатора ЯНАО, чтобы рассказать о том, какое место занимает «Ямалкан» в общей цепочке событий по масштабному продвижению в Арктику

Валерий Гут: Снегоходный марафон состоялся уже во второй раз. Когда у вас возникла идея провести это мероприятие и почему именно снегоходы?

Алексей Булаев: Наша команда работает так: мы ищем что-то новое, необычное. Изучаем имеющиеся ресурсы.

Что у нас на Ямале уже было, что есть, чего не было никогда? Пользующийся популярностью музей под открытым небом с чумами и Ямал Ири – ямальским Дедом Морозом – в Горнокнязевске; Обдорская крепость, с которой начинался Салехард; летом – горные спуски по рекам, азартная рыбалка, экзотика национальных стойбищ… Кажется, есть все, но… Вспомнили про главное: 9 месяцев в году здесь в избытке – снег! Настоящая арктическая зима. Это большое преимущество, а значит, снег нужно «продвигать». Но как? Первоначально родилась идея проводить гонки на машинах или на мотоциклах. Но машины сюда достав- лять долго и неудобно, мотоциклы тоже как-то нам не свойственны. А вот снегоходы – то что надо!

В прошлом году приезжал президент компании Yamaha и очень удивлялся, что их дилер у нас продает больше снегоходов, чем представительство Yamaha в Финляндии. Название придумали быстро. Взяли два слова: «Ямал» – понятно почему, а «кан» – это на ненецком «сани».

И дело пошло?

Такого здесь еще не было! Сегодня ценятся зрелищность, необычность, естественность, но в то же время и окупаемость. Для меня важным фактором стало то, что здоровый образ жизни и экстрим востребованы у молодежи всего мира.

Изучив рынок, мы поняли, что у тех же иностранцев есть потребность в экзотике, в чумах, в жажде испытать себя в настоящих суровых, а не искусственно созданных условиях. Известны случаи, например, когда в нашей глубинке один товарищ развивал турбизнес, делая упор на естественные условия Севера и быта кочевников, а потом, заработав, благоустроил быт и чумы на европейский манер. И сразу потерял туристов. Парадоксальная ситуация: иностранцы готовы платить приличные деньги за все настоящее, без искусственного комфорта. Но мы понимаем, что за эти деньги должны обеспечить им безопасность. Например, в прошлом году мы каждого гонщика страховали, а сейчас застраховали всю гонку «Ямалкан» от любого рода недоразумений.

Уже создан сайт гонки: на нем скоро будем открывать онлайн-магазин для продвижения товаров, которые выпускаются именно здесь: изделий из кости, унтов, шапок и так далее. Мы хотим, чтобы вокруг этого портала объединялись люди, создавались коммуникационные площадки для обмена опытом, впечатлениями. У нас в этом плане есть преимущество: с чистого листа всегда легче начинать. Нам надо только строить, ломать ничего не нужно. Тем более у нас на Полярном Урале в горах еще в июле лежит снег. Это большой плюс.

Планируете ли вы привлекать зарубежных партнеров, которые помогали бы вам в работе, или все сделаете своими силами?

Мы открыты для диалога. Считаю, что таких условий, как у нас, для тех же испытаний снегоходной техники больше нигде нет. Во-первых, перепад температуры: за день она может меняться на 20–30 градусов. Во-вторых, реальный экстрим, естественные снежные трассы. Можно вообще не делать полигонов для испытаний.

Люди уже пресытились удобствами. Сложилась парадоксальная ситуация: иностранцы готовы платить приличные деньги за отсутствие комфорта

Чем отличается гонка этого года от предыдущего «Ямалкана»?

Разница именно в подходе к организации. Если в прошлый раз трасса по техническому состоянию была более сложной – даже привыкшие финны были поражены, – то сейчас мы выбрали более безопасный вариант, но сделали трассу немного длиннее и интереснее по конфигурации. Изменились технические подходы к телевизионной трансляции: мы, как на «Формуле-1», использовали растяжки, движущиеся камеры, вертолеты.

Есть ли у вас планы ежегодно повышать уровень этого мероприятия?

Обязательно. Сейчас в мире все снегоходные мероприятия заканчиваются в марте, а у нас в этом месяце они только начинаются – в апреле снег еще лежит. Мы хотим предложить другим странам, чтобы снегоходная гонка-марафон проводилась в несколько этапов: начальные – в Канаде, в Швеции, а заключительный – у нас, на «Ямалкане».

Но больше всего я хочу, чтобы участвовала молодежь. Ведь кто может купить снегоход? Человек обеспеченный, а простому парню не удастся его приобрести. Нужно сделать так, чтобы можно было взять снегоход в аренду.

Ставите ли вы себе сверхамбициозную задачу? Например, чтобы гонка стала лучшей в мире?

Цель «Ямалкана» – чтобы это была самая демократичная гонка. Есть у тебя опыт или нет его, 70 тебе, 50 или 14 лет – чтобы ты приехал, заплатил вступительный взнос и поучаствовал. В каждом мужчине живет это чувство, жажда испытать себя. Он хочет быть настоящим мужчиной. Недаром наш слоган – «Будь настоящим!». Надо дать человеку именно то, чего ему не хватает в его повседневной жизни. Простор, свободу выбора, скорость, какие-то новые чувства, уверенность. Конечно, чем больше людей будут участвовать в этом мероприятии, тем лучше. Открою такой секрет: мы в прошлом году число участников искусственно сдерживали. Почему? Да потому что у нас просто не хватает туристической инфраструктуры, возможности всех разместить. Сейчас ситуация постепенно меняется в лучшую сторону. Хотим сделать, например, заезд для женщин; летом – площадку из искусственного снега. Такие планы перед «Ямалканом» стоят. И вообще, Ямал непредсказуем, не познан – мы хотим, чтобы как можно больше россиян и иностранных гостей открыло его для себя.

Какие-то еще планы у вас есть?

Мы находимся в центре Арктики – нам сам бог велел. Наши соседи, Ханты-Мансийский округ – Югра, развивают туризм на нефтяные вышки, месторождения – почему бы и нет? Надо формировать качественную инфраструктуру, качественный сервис, сохраняя прелесть окружающей самобытной красоты. У нас есть еще один проект – «Харп»: мы собираемся создавать горнолыжные спуски. На основе этих мероприятий планируем войти в федеральную целевую программу развития туристической инфраструктуры.

Вообще на Ямале, при всем богатстве выбора, есть много возможностей предпринять что-то еще. Например, на Полярном Урале — уникальные горы с большими плато на вершине. Мы хотим привлечь какой-нибудь центральный телеканал и сделать телевизионное реалити — шоу «Вершина страха», к примеру.

Еще, если нам все удастся, в этом году планируем открыть школу фрирайдеров (это те люди, которые на снегоходах выполняют прыжки, пируэты). Привлечь к этому молодых ребят. В прошлом году у нас было выступление фрирайдеров, так местные потом от них не отходили. Затраты минимальные. За полгода можно создать команду своих фрирайдеров. Ямальские ребята – прирожденные гонщики. Просто нужно юношеский максимализм направить в мирное русло.

У нас уникальнейшая природа. Когда приезжают финны, канадцы, американцы – они смотрят на наши просторы и удивляются, что здесь везде можно ездить! В Финляндии, например, есть снегоходная трасса – все четко разграничено: где можно ездить, а где нельзя.

Ямал – одно из немногих мест в мире, где еще осталась девственная природа.

Совершенно верно. И это несмотря на то, что 80% российского газа добывается здесь. Мы очень трепетно подходим к экологии. Ни одна труба не появляется без проведения общественных слушаний.

Почему в последние несколько лет такое большое внимание приковано к Арктике? Даже Китай интересуется. С чем это связано, на ваш взгляд?

Конечно, прежде всего – это политика. Здесь расположены колоссальные ресурсы. И американцы, и китайцы давно поняли, что за этим будущее.

Здесь уникальная природа, и освоение территории должно проходить через главенство экологии. Ни одна газовая труба не появляется без проведения общественных слушаний

По некоторым данным, в Арктике — одна треть мировых запасов газа?

Отечественные прогнозы – запасов на 50 трлн м3 газа. Еще очень важный момент – это развитие Северного морского пути. Салехард находится на одинаковом расстоянии от Шанхая и Парижа. Если мы, как планирует губернатор округа Дмитрий Николаевич Кобылкин, удачно завершим работы по Северному широтному ходу, то это даст возможность разгрузить Транссибирскую магистраль, а таким территориям, как Тюменская и Курганская области, Китай, Монголия, Казахстан, выходить непосредственно к морю. То есть не надо огибать половину земного шара и через Суэцкий канал попадать в Европу. Это уже экономический интерес.

Получается, изменятся все существующие транспортные потоки? Это станет революционным прорывом?

Да, это так. И уникальность Салехарда в том, что он стоит в середине этого пути: нашим сжиженным газом можно будет заправлять танкеры, сухогрузы. Арктика привлекательна для всего мира, потому что там очень много запасов. И пресной воды в первую очередь.

На территорию России приходится большая часть Арктики: такой лакомый кусок многие хотели бы заполучить. Но это интересы нашей страны.

В этом свете я считаю, что Салехард должен быть приоритетным центром развития Северного морского пути, вообще развития Арктики.

Меняются условия: мы стали открыты всему миру, и другие страны уже не просто оценивают потенциал России, а смотрят на конкретные регионы. Каким вы видите бренд Ямала? Что это?

(Отвечает без промедления.) Экология и инновации. Здесь уникальная природа, и освоение Арктики должно проходить через призму экологии. Это те правила, которые должны учитывать другие страны, желающие заходить сюда.

Инновации – это рынок банков данных, так называемых дата-центров, которые обрабатывают большие массивы информации. Если я не ошибаюсь, к 2050 году этот рынок достигнет 25 млрд долларов. Для того чтобы работал дата-центр или любой компьютер, нужна система охлаждения. У нас вечная мерзлота. Нам не нужно ничего придумывать специально для охлаждения, как это делают в других странах: просто в вечной мерзлоте устанавливаем сервера. За этим вижу будущее. Еще – альтернативная энергетика.

Раньше думал, что для работы солнечных батарей необходимо много тепла. Оказывается, они эффективнее работают при низких температурах: в условиях холода проводимость увеличивается. Арктика – это та территория, где инновации будут активно применяться. Например, в Финляндии есть технологии, которые позволяют за счет низкой температуры вырабатывать энергию. Это актуально и для нас. Холод не до конца изучен. А еще есть полярный день, который у нас наступает практически с апреля. Ну и, конечно же, инновации в разработке арктического шельфа предприятиями ТЭК.

Кроме того, Ямал – это ягоды, дикоросы, оленина, рыба, которая водится только здесь. Только надо к этому с умом подойти.

Дмитрий Николаевич Кобылкин (губернатор Ямало-Ненецкого автономного округа. – Прим. ред.) в одном из своих интервью сказал: «Только людей, которые приезжают сюда с чистым сердцем и настоящим желанием трудиться, Север пускает. Людей с другими помыслами он просто выталкивает». Что бы вы еще добавили о внутренних качествах людей, которые могут развивать эту территорию и приживаются здесь?

Человек заново открывает свой внутренний мир, когда видит, как живут люди другой культуры. Здесь, на Ямале, нам удалось сохранить самобытность коренного населения, аборигенов; стараемся не навязывать людям блага цивилизации. Для детей ищем какие-то новые формы обучения, ввели прописку в тундре. Этнос – это важная составляющая нашего края. Не будет Ямало-Ненецкого округа, если не будет этих людей.

Верно было отмечено, что временщики у нас не приживаются. Здесь остаются те, кто по-настоящему любит место, в котором живет, и хочет сделать для него максимально много.

Часто дети, уехавшие в свое время учиться в вузы, сюда возвращаются. Север действительно затягивает.

P.S. На следующий день во время прохождения гонки Алексей Булаев пригласил посмотреть на завершающий этап строительства туристической деревни, где будут размещены все участники «Ямалкан-2014», а также туристы, которые захотят познакомиться с Севером в любое время года. Огороженная территория в глубине природного уголка прямо на берегу реки – классика жанра. Кроме одного: практически в самом центре «деревни» находился бар- ресторан…полностью построенный изо льда. Занесенная снегом полусфера выдавала в себе «тайник» только в том месте, где вход был завешан шкурами оленей. Внутри же столы, стулья, барная стойка и абсолютно все предметы были выполнены в оригинальном дизайнерском решении изо льда и прессованного снега. «Мы долго советовались с нашими учеными о том, как воплотить такую задумку со 100% безопасностью для гостей. Все получилось! До нуля градусов он будет работать в полном режиме. В России таких сооружений пока не делает никто», – с улыбкой объяснил Булаев.

                                                      текст Валерий Гут фото Владимир Семёнов

Loading...