15:01 / 28 января 2017

Лишь бы санкции продолжались

tmn_2016_3_huge_48a8c329-638f-49c6-ae80-76b2800b3f2b_0

Как импортозамещение повлияло на производство оборудования для нефтегазовой промышленности?

Примерно так можно охарактеризовать реакцию российских машиностроителей на решение США и Европы ограничить экспорт промышленных товаров в Россию в 2014 году – пусть санкции не кончаются.

Производители – это наши заводы, в названиях которых обязательно будет «маш», «сиб», «бур», «газ», «нефть» и так далее. Это они изготавливают буровые станки и насосы, превенторы и пакеры, приводы и шаровые краны. Каково было их положение накануне 2014 года? 61% рынка принадлежал иностранным компаниям. Часть оборудования в России не производилась вовсе. И вдруг этот канал поставок оказался перекрыт.

Правительство России отреагировало декретом: доля импорта в нефтегазовом машиностроении к 2020 году должна снизиться до 43%. В массовый обиход вошло слово «импортозамещение». «По отдельным видам технологий доля импортозависимости составляет от 80 до 90%», – отмечал глава Минэнерго Александр Новак. Первоочередными для замещения он назвал технологии гидроразрыва пласта и наклонно-направленного бурения. В конце 2014 года был создан Фонд развития промышленности – на его займы под 5% годовых в первую очередь рассчитывали машиностроители.

Главный риск в том, что санкции продлятся не больше двух лет. Если они продлятся три-четыре года, только тогда у наших предприятий будет возможность для развития

В 2015 году революции не случилось: спад промышленности составил 3,4%. Но вопреки общей тенденции отдельным предприятиям нефтегазового сектора удалось сделать шаг вперед. Вот лишь некоторые примеры.

«Уралмаш НГО Холдинг» разработал систему верхнего привода для буровых установок – первая такая система была смонтирована на тюменском заводе БКУ. «Пермская компания нефтяного машиностроения» изготовила комплекс роторной управляемой системы для буровых установок. Группа компаний «Борец» в Лысьве разработала уникальный погружной линейный привод для плунжерного насоса. «Волгограднефтемаш» впервые в России изготовил теплообменники с особыми герметизирующими затворами. За полтора года семь компаний отрасли (тюменских среди них нет) получили займы от Фонда развития промышленности, общая сумма – 2,4 млрд рублей. Можно ли сказать, что импортозамещение состоялось? Пока нельзя: ожидаемый рост промышленности к концу 2016 года – не более 1%.

«Главный риск в том, что санкции продлятся не больше двух лет. Если они продлятся три-четыре года, только тогда у наших предприятий будет возможность для развития», – подчеркивал директор предприятия «Сибнефтеавтоматика» Генрих Абрамов в 2014-м. То есть надо еще подождать. Опыт Тюменской области подтверждает: открытия этих двух лет – результат не сиюминутных мер, а многолетней целенаправленной работы.

Например, завод «СибБурМаш» еще за год до санкций освоил производство оборудования для многостадийного гидроразрыва пласта – центраторов для обсадных труб без сварных швов, прорабатывающих башмаков обсадных колонн и другого. В первом полугодии 2016 года по сравнению с тем же периодом прошлого года «ГМС Нефтемаш» увеличил объем производства в 2,4 раза, экспериментальный завод «ТюменНИИгипрогаза» – в два раза, завод «ГРОМ» – на 78,6%, «Динаэнерджетикс Сибирь» – на 74%, «Тюмень-Дизель» – на 70,8%.

Причины губернатор Владимир Якушев называл на нефтегазовом форуме. Коротко подытожим их еще раз: меры поддержки от регионального бюджета, учет потребностей нефтяников и инновационная ориентация производителей.
 


*источник: журнал tmn №30 (октябрь–ноябрь 2016)



Текст: Дмитрий Зайцев

Loading...